Преступления против личности, практика московских судов

Адвокат по уголовным делам: (926) 204-95-95

Адвокат по уголовным делам
Адвокат по уголовным делам Терентьевский П.А.

Убийство в состоянии алкогольного опьянения.

Преображенский районный суд г. Москвы в составе, с участием государственного обвинителя - заместителя прокурора г. Москвы, подсудимого Б. и его защитника - адвоката, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Б., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ - убийство, установил:

Б. виновен в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку.

Преступление совершено Б. при следующих обстоятельствах: в период времени с 00 часов 20 минут до 01 часа 12 минут, Б., находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире, г. Москва, ул. Потешная, д. 12, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений в ходе совместного распития спиртных напитков к находившемуся там же Н., действуя умышленно, с целью убийства последнего, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления смерти и желая ее наступления, нанес Н. приисканным в квартире кухонным ножом три удара в область расположения жизненно важных органов - передней поверхности груди, а также девять ударов в область верхней левой конечности, причинив своими умышленными преступными действиями Н.

Согласно заключению эксперта, следующие телесные повреждения: проникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева со сквозным повреждением верхней доли левого легкого и краевым повреждением грудного отдела аорты, проникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева с повреждением третьего ребра и верхней доли левого легкого, непроникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева, колото - резаное ранение внутренней поверхности левого плеча на границе верхней и средней третей, ссадину ладонной поверхности левой кисти треугольной формы, четыре линейные ссадины (царапины) наружной поверхности проксимальной и средней фаланг второго пальца левой кисти, поверхностную резаную рану в проекции головки второй пястной кости, поверхностную резаную рану ладонной поверхности дистальной фаланги первого пальца левой кисти.

Проникающие колото - резаные ранения передней поверхности груди слева с повреждением левого легкого и аорты, применительно к живым лицам, относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, наступление смерти находится с ним в прямой причинно-следственной связи. Непроникающее колото - резаное ранение груди слева, колото - резаные ранения левого плеча, левой кисти, применительно к живым лицам, расцениваются, как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок более 21 дня. Ссадины левой кисти, поверхностные резаные раны левой кисти у живых лиц относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью.

Смерть Н. наступила непосредственно на месте происшествия, в период времени с 00 часов 30 минут до 01 часа 22 минут, от проникающих колото - резаных ранений передней поверхности груди слева с повреждением верхней доли левого легкого и аорты, осложнившихся обильной кровопотерей.

Допрошенный в судебном заседании в качестве подсудимого Б., свою вину в совершении вышеуказанного в приговоре преступления признал частично, не отрицая нанесение Н. несколько (не менее трех) ударов в область груди кухонным ножом и наличие у него, Б., желания причинить потерпевшему смерть, однако пояснившего, что причиной получения Никитиным от его, Б., действий ножевых ранений, послужило противоправное поведение самого потерпевшего, выразившееся в попытке нанесения указанным кухонным ножом ударов ему, Б. В содеянном он, Б., глубоко раскаивается.

Будучи допрошенным на стадии следствия непосредственно после задержания (л.д. 85-88) Б. отрицал свою причастность к убийству Н. и давал показания о том, что до смерти последнего, об обстоятельствах которой ему, Б., ничего не известно, видел его в последний раз осенью 2013 года. После предъявления обвинения (л.д. 96-98), Б. отказывался от дачи показаний, ссылаясь на положения ст. 51 Конституции РФ, затем (л.д. 260-263) давал показания о том, что действительно желал убить Н., однако, признает вину в совершении его убийства частично, так как применил нож вынужденно, лишь потому, что потерпевший также хотел убить его, Б.

Наличие противоречий в своих показаниях Б. объяснил нахождением в подавленном состоянии на момент первоначальных допросов, связанным с причинением смерти другому человеку.

Суд, проведя судебное следствие, заслушав прения сторон и последнее слово подсудимого, приходит к выводу о том, что вина подсудимого Б. в совершении вышеуказанного в приговоре преступления установлена и подтверждается, не смотря на занятую им позицию и частичное признание вины, представленными стороной обвинения доказательствами.

Показаниями в суде потерпевшей ФИО7 о том, что погибший Никитин являлся её двоюродным братом, очевидцем совершенного преступления она не являлась, однако, со слов ФИО8 ей, Чебелевой, стало известно, что Б. убил Н.

Показаниями в суде свидетеля ФИО8, из которых следует, что на протяжении почти семи месяцев до случившегося она проживала совместно с Б. в г. Москва, ул. Потешная, д. 12, расположенной по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12. Ранее на протяжении примерно десяти лет она, Чеботарь, проживала с Никитиным. Утром ДД.ММ.ГГГГ она и Б. распивали спиртное, и примерно в 15 часов 00 минут к ним присоединился приехавший в гости Никитин, который уже находился в состоянии алкогольного опьянения и привез с собой бутылку водки.

Они втроем распили указанную бутылку, после чего Б. сходил в магазин и принес еще одну, каких - либо конфликтных ситуаций между ним не было. Вечером, в связи с нахождением в состоянии алкогольного опьянения, Никитин пошел в комнату спать. Спустя какое-то время Б. схватил со стола кухонный нож и пошел в комнату, где находился Никитин. Она, Чеботарь, начала отбирать у Б. нож, так как предположила, что последний может ударить им Н., но Б. нож ей не отдал, при этом сказал, что накажет Н. за то, что тот применял к ней, Чеботарь, физическую силу, когда они с ним проживали совместно. В тот момент, когда она, Чеботарь, отбирала у Б. нож, то порезалась, в связи с чем, прекратила эти попытки.

После этого Б. пошел в комнату, где находился Никитин, а она, Чеботарь, осталась на кухне и стала обрабатывать порез на руке. Через некоторое время она, Чеботарь, зашла в комнату, где находился Никитин и куда с ножом пошел Б., и увидела, что на диване лежит Никитин, на его одежде в области груди имелись следы крови, он был еще в сознании, но ничего не говорил. Б. в комнате уже не было, куда он ушел ей, Чеботарь, не известно. Она сразу же забежала в комнату, в которой проживает ФИО9 и сообщила ей, что Б. зарезал Н., попросила у Шебалковой мобильный телефон, чтобы вызвать скорую помощь, по приезду которой была констатирована смерть Н. Далее приехали сотрудники полиции.

Показаниями в суде свидетеля ФИО9, из которых следует, что она находилась в своей комнате по адресу проживания: г. Москва, ул. Потешная, д. 12. Также в указанной квартире находились Чеботарь, Б. и Никитин, которые сидели на кухне, играли в карты и громко слушали музыку. Примерно в 00 часов 40 минут она, Шебалкова, услышала крик Чеботарь, которая сразу же зашла в её, Шебалковой, комнату и сказала, что Б. зарезал Н., попросила телефон, чтобы вызвать скорую помощь. После этого она, Шебалкова, вышла из своей комнаты, в этот момент Б. находился на кухне и на её, Шебалковой, вопрос о произошедшем, ответил, что не прощает никому оскорблений. Был ли между Б. и Никитиным конфликт, она, Шебалкова, не знает, так как находилась в своей комнате. Н. она, Шебалкова, не видела, и, испугавшись, находясь в шоковом состоянии, ушла из квартиры к своей подруге на работу, где успокоилась и пришла в себя. Вскоре она, Шебалкова, вернулась в квартиру, где уже находились сотрудники полиции, но Б. не было. От сотрудников полиции ей, Шебалковой, стало известно, что Никитин умер, его труп находится в комнате.

Свои показания свидетель Шебалкова подтвердила в ходе проведения очной ставки с Б. (л.д. 89-92).

Показаниями на следствии свидетелей - сотрудников полиции (л.д. 137-140), Б.4 (л.д. 154-157) и Б.0 (л.д. 159-162), в целом аналогичными по своему содержанию и дополняющими друг друга, из которых следует, что каждый из них входил в состав группы немедленного реагирования ОМВД России по району Богородское, адрес: Москва, ул. Бойцовая, 22а. В 01 час 13 минут от оперативного дежурного по указанному отделу полиции поступила информация о ножевом ранении по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12. Прибыв в указанную квартиру, в одной из комнат ими, Ларкиным, Козленковым и Крисько, был обнаружен труп Н. Также в квартире находились врачи скорой медицинской помощи, которые констатировали смерть Н. от полученного ножевого ранения и пояснили, что она наступила примерно в пределах получаса, а также Чеботарь, являющаяся хозяйкой квартиры.

В разговоре с Чеботарь было установлено, что она, Никитин и Б. совместно распивали спиртные напитки. При этом Б. и Никитин являлись любовниками Чеботарь в разное время, на этой почве между Б. и Никитиным произошел конфликт, в ходе которого Б.взял в руки кухонный нож и, находясь в комнате, нанес им несколько ударов Н. в область груди, после чего сразу покинул квартиру. Кроме того Чеботарь указала на адрес проживания Б., в результате Б. был ими, Ларкиным, Козленковым и Крисько, задержан, на его одежде были обнаружены пятна вещества бурого цвета, похожие на кровь. Дверь в квартиру Б. открыла его мать Б.1, которая пояснила, что Б. пришел домой примерно в течение получаса. В связи с тем, что Чеботарь прямо указала на Б., как на лицо, совершившее убийство Н., Б. был доставлен в ОМВД России по району Богородское, адрес: Москва, ул. Бойцовая, 22а для разбирательства. Впоследствии им, Ларкину, Козленкову и Крисько, стало известно, что в ходе осмотра места происшествия по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12, был изъят кухонный нож со следами вещества бурого цвета, похожего на кровь.

По данному факту Ларкиным были составлены соответствующие рапорта: об обнаружении признаков преступления (л.д. 10) и о задержании Б. (л.д. 11).

Показаниями на следствии свидетеля Б.3 (л.д. 142-145), из которых следует, что ее соседка Чеботарь, проживающая в г. Москва, ул. Потешная, д. 12, долгое время не работает, злоупотребляет спиртными напитками, часто нарушает общественный порядок. Также ей, Ивановой, был известен Никитин, который постоянно приходил к Чеботарь, какое-то время проживал совместно с ней, они вместе злоупотребляли спиртными напитками, но про Н. она, Иванова, ничего плохого сказать не может, поскольку он был уважительный, спокойный, всегда правильно реагировал на замечания, извинялся, однако Никитин также нигде не работал, в подъезде все его звали «Рыжий».

Кроме того, ей, Ивановой, известен Б., который проживал со своей матерью в третьем подъезде их дома, с ним она виделась и общалась мало, но при встрече он никогда не здоровался, всегда был угрюмый, нигде не работал, злоупотреблял спиртными напитками, жил на средства матери. Б. также был знаком с Чеботарь, приходил к ней в гости, они вместе злоупотребляли спиртными напитками. Примерно в 01 час 05 минут, к ней, Ивановой, в квартиру позвонили, открыв дверь, она увидела Чеботарь, находящуюся в состоянии алкогольного опьянения, которая сказала: «Валерка убил «Рыжего»». После этого она, Иванова, со своим сыном пошла в квартиру Чеботарь, где в комнате на диване увидела Н., он лежал на спине без признаков жизни, его кожа была серо - белого цвета, глаза приоткрыты, на его свитере в области груди была кровь, также в крови была его левая рука. В квартире Чеботарь больше никого не было. После этого она, Иванова, сразу вернулась в свою квартиру и в 01 час 13 минут сообщила о произошедшем в полицию, по приезду сотрудников рассказав им о произошедшем.

После этого из квартиры она, Иванова, не выходила, но через окно видела, что сотрудники полиции задержали Б. и вели от подъезда в полицейский автомобиль. Утром, примерно в 09 часов 30 минут, она, Иванова, позвонила матери Б. - Васьковой, чтобы узнать у нее о произошедшем, и Васькова сообщила, что Б. убил Н., пришел ночью домой, вся его одежда была в крови, он был сильно пьян, рассказал Васьковой, что убил Н. и что утром пойдет сдаваться в полицию. Также Васькова рассказала ей, Ивановой, что Б. неоднократно говорил, что если Никитин еще раз приедет к Чеботарь, то он его убьет.

Показаниями в суде свидетеля Б.1, из которых следует, что Б. является ее сыном. В период времени с 01 часа 30 минут до 02 часов 00 минут, Б. пришел домой, при этом ей, Васьковой, известно, что он находился у Чеботарь. Б. был сильно пьян, но на ногах держался, сказал, что убил человека и утром пойдет в милицию. Она, Васькова, не поверила сыну, так как он был сильно пьян. Вскоре Б. Москва, ул. Потешная, д. 12 в 04 часа 00 минут приехали сотрудники полиции и забрали Б. в отделение полиции. Утром ей, Васьковой, стало известно, что ночью Б. в квартире убил человека.

Карточкой происшествия № (л.д. 8), согласно которой в 01 час 13 минут в ОМВД России по району Богородское, адрес: Москва, ул. Бойцовая, 22а от Ивановой поступило сообщение о ножевом ранении мужчины 53 лет в область сердца по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12, виновник убежал.

Карточкой происшествия № (л.д. 9), согласно которой в 01 час 43 минуты в ОМВД России по району Богородское, адрес: Москва, ул. Бойцовая, 22а от сотрудников службы «03» поступило сообщение об убийстве Н. по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12.

Место совершения Б. преступления установлено протоколом его осмотра с фототаблицей (л.д. 13-28), в ходе которого, в присутствии двух понятых, была осмотрена двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: г. Москва, ул. Потешная, д. 12; обнаружен труп Н. с повреждениями: три раны с ровными краями передней поверхности груди слева в верхней трети, одна рана с ровными краями передней поверхности левого плеча в средней трети, не менее шести ран с ровными краями кистей рук; на свитере трупа: на передней его поверхности в количестве не менее трех; на одежде трупа имеются следы крови; признаков борьбы не обнаружено; из кухни изъят кухонных нож, с веществом бурого цвета, а также три отрезка прозрачной ленты «скотч» с пластмассовой бутылки и два отрезка прозрачной ленты «скотч» с бутылки водки - со следами пальцев рук.

Выводами заключения эксперта №12/2119;12/2120 (л.д. 226-234) установлено, что на ноже, изъятом в ходе проведения осмотра места происшествия и представленном на экспертизу, обнаружена кровь, которая произошла от Н. и не произошла от Б.

Выводами заключения эксперта № (л.д. 198-210) установлено, что след пальца руки размерами 16х17мм, перекопированный на отрезок липкой ленты размерами 19х49мм, оставлен средним пальцем левой руки Н.; след пальца руки размерами 15х17мм, перекопированный на отрезок липкой ленты размерами 18х42мм, оставлен большим пальцем левой руки Чеботарь; след пальца руки размерами 18х19мм, перекопированный на отрезок липкой ленты размерами 19х42мм, оставлен большим пальцем правой руки Чеботарь; два следа пальцев рук размерами 14х22мм, 15х22мм, перекопированные на два отрезка липкой ленты размерами 18х40мм, 19х50мм, оставлены иным лицом (лицами).

Заключением эксперта, с приложением (л.д. 32-52), согласно выводам которого при исследовании трупа Н. обнаружены телесные повреждения:

проникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева со сквозным повреждением верхней доли левого легкого и краевым повреждением грудного отдела аорты (рана № 2); рана располагалась между окологрудинной и средней ключичной ли­ниями в проекции второго ребра; её длина на коже пять сантиметров; раневой канал имел направление спере­ди назад слева направо сверху вниз, проходил через мягкие ткани, через второе межреберье проникал в левую плевральную полость, далее - через верхнюю долю левого легкого и заканчивался у тела пятого грудного позвонка с краевым повреждением аорты, его длина около 14 см;

проникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева с повреждением третьего ребра и верхней доли левого легкого (рана № 3); рана располагалась между около­грудинной и средней ключичной линии в проекции третьего ребра, её длина на коже 2,7 см; ра­невой канал имел направление спереди назад слева направо и несколько сверху вниз, по­следовательно проникал в левую плевральную полость и слепо заканчивался в верхней доле левого легкого, его длина около восьми сантиметров;

непроникающее колото - резаное ранение передней поверхности груди слева (рана № 1); рана располагалась в левой подключичной области, длина ее на коже 1,9 см, направ­ление раневого канала спереди назад слева направо и несколько сверху вниз, раневой ка­нал слепо заканчивался в мягких тканях, по его хожу повреждений крупных сосудов не имелось, канал не проникал в полости тела, его длина около трех сантиметров;

колото - резаное ранение внутренней поверхности левого плеча на границе верхней и средней третей (рана № 4); длина раны на коже 2,7 см, направление раневого канала - слева направо снизу вверх, раневой канал заканчивался в мягких тканях, повреждений крупных сосудов по ходу его не имелось, его длина 5,5 см;

колото-резаное ранение ла­донной поверхности левой кисти (рана № 5), длина раны на коже 1,9 см, раневой канал проходил в мягких тканях в направлении снизу вверх, длина его 3,5 см.;

ссадина ладонной поверхности левой кисти треугольной формы, линейные ссадины (царапины) наружной поверхности проксимальной и средней фаланг второго пальца левой ки­сти; поверхностная резаная рана в проекции головки второй пястной кости; поверхностная ре­заная рана ладонной поверхности дистальной фаланги первого пальца левой кисти; раны № 2,3 (проникающие в левую плевральную полость), сопровождались как наруж­ным так и внутренним кровотечением с развитием левостороннего гемоторакса — крово­излияния в левую плевральную полость объемом 2000 мл.

Все указанные повреждения носят характер прижизненных и образовались незадолго до наступления смерти (в пределах одного часа, возможно, несколько больше), на что указывают следующие признаки: наличие сочных темно-красных кровоизлияний в мягких тканях по ходу раневых каналов колото-резаных ран, в стенках резаных ран, большой объем крови, излившийся в левую плевральную полость, признаки наружного кровотечения, цвет и ха­рактер поверхности ссадин, а также данные судебно-гистологического исследования (наличие слабой лейкоцитарной реакции в мягких тканях из области повреждений).

Все колото-резаные ранения передней поверхности груди слева, левого плеча, левой кисти образовались от пяти воздействий твердого предмета (предметов), обладавшего ко­люще - режущими свойствами, каковым мог быть нож (ножи). Каждое из этих поврежде­ний образовалось от воздействия такого предмета, имевшего одностороннюю заточку клинка, ширину его на уровне погружения в тело - не более длины соответствующей раны на коже, длину погруженной в тело части клинка - не менее длины соответствующего ра­невого канала.

Согласно данным медико-криминалистического исследования, таким предметом мог быть клинок ножа с П - образным обухом, шириной следообразующей части около 1,5 мм, с переменной шириной клинка на уровне погружения, максимальной около 33 мм. Резаные раны левой кисти образовались от двух воздействий твердого предмета (предметов), обладающего режущими свойствами, каким также мог быть нож. Ссадина треугольной формы левой кисти, линейные ссадины (4) второго пальца левой кисти образова­лись от пяти воздействий твердого предмета (предметов), имеющего заостренный конец, каким мог быть кончик ножа.

Смерть Н. наступила от проникающих колото-резаных ранений передней поверхности груди слева с повреждением верхней доли левого легкого и аорты, осложнившихся обильной кровопотерей.

Проникающие колото-резаные ранения передней поверхности груди слева с поврежде­нием левого легкого и аорты , применительно к живым лицам, относятся к повреждениям, причинившим тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; наступление смерти находится с ними в прямой причинно-следственной связи.

Непроникающее колото - резаное ранение груди слева, колото-резаные ране­ния левого плеча, левой кисти, применительно к живым лицам, расцениваются как причи­нившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не более 21 дня. Остальные повреждения (ссадины левой кисти, поверхностные реза­ные раны левой кисти), у живых лиц относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью. Перечисленные повреждения в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоят.

Все повреждения причинены в короткий промежуток времени, в связи с чем установить последовательность их нанесения не представляется возможным. Смерть Н. наступила через короткий промежуток времени, исчисляемый десят­ками минут, после причинения ему всех повреждений. Локализация повреждений позволяет считать, что в момент причинения повреждений пострадавший находился преимущественно передней поверхностью тела по отношению к нападавшему. Данных об изменении позы трупа не имеется. Согласно данным медико - криминалистического исследования, в стенках ран обнаружены единичные мелкие текстильные волокна темно-серого цвета; каких-либо инородных частиц в краях и стенках ран не обнаружено; следы металлизации по краям ран не выявлены. Образование всех перечисленных повреждений с высоты собственного роста ис­ключается.

При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,3 и 3,7%, что у живых лиц соответствует тяжелой алкогольной интоксикации. Этот факт указывает на то, что незадолго до наступления смерти Никитин принимал алкоголь. При биологическом исследовании крови установлено, что групповая характеристика крови ФИО6 - АВ, МN, Р+, К. Исходя из анализа трупных явлений эксперт пришел к выводу, что смерть Н. наступила не более чем за 4-6 и не менее чем за 1-2 часа до момента первичной фиксации трупных изменений (ДД.ММ.ГГГГ 02 часа 30 минут).

Впоследствии на одежде Б., изъятой в ходе проведения его личного досмотра в присутствии двух понятых (л.д. 58-59), а именно носках, толстовке и джинсах, согласно заключению эксперта № (л.д. 216-221), обнаружена кровь, которая произошла от Н.

Вместе с тем, согласно заключениям эксперта № (л.д. 182-183), № (л.д. 185-187), № (л.д. 189-190), на одежде Н., изъятой в ходе выемки из танатологического отделения № Бюро СМЭ ДЗ г. Москва, ул. Потешная, д. 12 (л.д. 164-168), обнаружена кровь, произошедшая от Н., иной крови обнаружено не было.

Одежда Н., одежда Б., а также изъятые в ходе проведения осмотра места происшествия предметы, в том числе кухонный нож, впоследствии были осмотрены в присутствии понятых (л.д. 243-252), и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (л.д. 253).

Протоколом медицинского освидетельствования (л.д. 63), у Б. установлено состояние опьянения, при этом при осмотре каких - либо видимых повреждений, а именно ранений, ушибов, у Б. выявлено не было.

Оценивая вышеприведенные доказательства, в их совокупности и признавая их относимыми, допустимыми доказательствами по делу, не противоречащими друг другу, поскольку каких - либо нарушений действующего законодательства при их получении, влекущих признание их недопустимыми и подлежащими исключению из числа доказательств, судом не установлено, а также достоверными, так как они находятся в логической взаимосвязи между собой, подтверждают фактические обстоятельства, установленные судом; совокупность вышеприведенных доказательств суд находит достаточной для разрешения дела. Объективных причин для оговора подсудимого со стороны потерпевшей и свидетелей Чеботарь, Шебалковой, Васьковой, Козленкова, Ларкина, Крисько и Ивановой, судом не установлено.

Кроме того, у суда не имеется оснований не доверять вышеприведенным в приговоре заключениям экспертов, которые оформлены надлежащим образом, соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, являются научно обоснованными и убедительно аргументированными, а их выводы представляются суду ясными и понятными. Каких-либо нарушений требований, предусмотренных ст.ст. 198, 206 УПК РФ при проведении вышеуказанных в приговоре экспертиз, судом не установлено.

Экспертные исследования полностью соответствует требованиям уголовно-процессуального закона и Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», утверждены подписями проведших их экспертов, стаж работы по специальности которых, а также степень квалификационной категории не вызывают у суда сомнений в их компетенции, и скреплены печатью учреждений, в которых проводились данные экспертизы.

В заключениях нашли свое отражение методы исследования в сочетании с анализом всех обстоятельств дела.

С учетом приведенных доводов суд принял вышеуказанные в приговоре заключения экспертиз, как надлежащие доказательства, а их выводы, как соответствующие полноте проведенных исследований, признал достоверными.

Оценивая показания самого подсудимого Б., как данные в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, суд отмечает их противоречивость как между собой, так и с показаниями свидетелей, письменными материалами уголовного дела, в связи с чем, принимает в качестве надлежащего доказательства по делу лишь те из показаний Б., данные в судебном заседании и в ходе следствия (л.д. 26-263), которые не противоречат фактическим обстоятельствам, установленным судом, согласуются с иными вышеизложенными в приговоре доказательствами, каковыми суд признает показания Б. о том, что он действительно нанес кухонным ножом несколько ударов в область груди Н., желая наступления смерти последнего.

В остальной части к показаниям Б. как в суде, так и на стадии предварительного расследования о том, что ножевые ранения были им причинены Н. лишь в связи с противоправным поведением последнего, - суд относится критически, считает их недостоверными, данными с целью приуменьшения степени общественной опасности содеянного в расчете на назначение ему судом более мягкого наказания.

При этом суд учитывает, что версия подсудимого Б. о причинении смерти Н. в состоянии необходимой обороны, в условиях защиты своей жизни и здоровья, при совершении Н. до использования Б. ножа, наступательных действий в сторону подсудимого с указанным ножом в руках, - была проверена в ходе судебного следствия и не нашла своего подтверждения.

Так, результатами медицинского освидетельствования Б. установлено, что каких - либо телесных повреждений, которые могли бы указывать на нападение на него со стороны Н. и применение последним опасного для жизни и здоровья насилия, а также наличие для его жизни и здоровья непосредственной угрозы, у последнего в день совершения преступления обнаружено не было, напротив, имеющиеся у Н. телесные повреждения, в том числе порезы рук, наличие которых подтверждено выводами судебной медицинской экспертизы, свидетельствуют о том, что обороняться от целенаправленных и жестоких действий Б. пришлось именно ему.

Не обнаружено каких - либо предметов, представляющих опасность для жизни Б. в момент совершения преступления и при осмотре места происшествия, как и следов борьбы.

Кроме того, выводами судебной биологической экспертизы установлено, что на изъятом в ходе осмотра места происшествия кухонном ноже, являющимся орудием преступления, обнаружены следы крови человека, которая произошла от потерпевшего Н. и не произошла от Б.; также кровь потерпевшего обнаружена и на одежде подсудимого.

Помимо прочего, из показаний допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля Чеботарь следует, что она являлась очевидцем того, как Б. взял со стола кухонный нож и пошел в комнату, где находился Никитин, при этом говорил, что накажет последнего.

При таких обстоятельствах, суд отвергает версию Б. о причинении смерти Н. в состоянии необходимой обороны, поскольку она опровергается совокупностью вышеприведенных в приговоре доказательств, сомневаться в достоверности и допустимости которых у суда оснований не имеется, позволяющих суду прийти к выводу об отсутствии какой - либо угрозы для жизни и здоровья самого подсудимого со стороны потерпевшего Н. и направленности умысла Б. именно на убийство Н.

Судом не установлено нарушений уголовно - процессуального закона в ходе предварительного расследования по делу. Обстоятельств, свидетельствующих о каком - либо ограничении прав подсудимого на стадии предварительного расследования, в том числе и на защиту, а равно для самооговора, в ходе судебного заседания не установлено.

Показания свидетелей Чеботарь, Шебалковой, Васьковой, Ларкина, Козленкова, Крисько и Ивановой, суд кладет в основу обвинительного приговора. Как отмечено в приговоре выше, судом не установлено оснований для оговора Б. со стороны указанных лиц, в том числе Васьковой, которая являлся подсудимому матерью.

Судом установлено, и подтверждено показаниями свидетелей, что Б., находясь в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений к Н. в ходе совместного распития спиртных напитков, нанес последнему приисканным в квартире кухонным ножом три удара в область расположения жизненно важных органов - передней поверхности груди, причинив Н. телесные повреждения в виде проникающих колото - резаных ранений передней поверхности груди слева с повреждением верхней доли левого легкого и аорты, осложнившихся обильной кровопотерей, находящиеся в прямой причинно - следственной связи с наступлением его смерти.

При этом, из показаний свидетелей Чеботарь, Шебалковой, Ларкина, Козленкова, Крисько и Васьковой следует, что Б. покинул место совершения преступления, какой - либо помощи потерпевшему Н. не оказал, что в совокупности с иными вышеприведенными в приговоре доказательствами позволяет суду прийти к убеждению о виновности и причастности Б. к лишению Н. жизни, то есть к его убийству, что не отрицалось самим Б. в ходе судебного следствия, пояснившего, что использовал кухонных нож и наносил им удары Н., желая наступления смерти последнего.

Об умысле Б., направленном на лишение Н. жизни, свидетельствуют сами действия подсудимого, который, нанося удары кухонным ножом в область жизненно - важных органов - в грудь Н., не мог не осознавать общественно - опасный характер своих действий, а именно того, что причиняет Н. ранения, представляющие опасность для его жизни, предвидел возможность наступления общественно - опасных последствий - наступления смерти Н. и желал именно такого результата.

При этом, по убеждению суда, какая-либо угроза для жизни и здоровья самого подсудимого со стороны потерпевшего Н. отсутствовала, поскольку указаний на данное обстоятельство в материалах дела не имеется. После чего Б., не оказав медицинской помощи потерпевшему Н., с места совершения преступления скрылся, посчитав свои действия, направленные на убийство, достаточными для наступления смерти Н.

Также об умысле Б. на убийство Н. и отсутствии в его действиях физиологического аффекта либо какого-либо другого эмоционального состояния или волнения, которые могли существенно повлиять на его состояние и поведение, объективно свидетельствует характер и локализация причинённых телесных повреждений, способ совершения преступления, орудие преступления. Кроме того судом было исследовано психическое состояние подсудимого Б. Из выводов заключения комиссии экспертов № (л.д. 238-241) следует, что Б. каким - либо хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики, исключающими у него способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал в момент инкриминируемого ему деяния и не страдает ими в настоящее время.

Как видно из материалов уголовного дела и проведенного психиатрического обследования, в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, у Б. не отмечалось и признаков какого -либо временного психического расстройства или иного болезненного состояния психики, он находился в состоянии простого алкогольного опьянения и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. На это указывают сведения об употреблении незадолго до правонарушения алкоголя, сохранность ориентировки и речевого контакта с окружающими, целенаправленность агрессивных действий на определенное отсутствие болезненной интерпретации окружающего. По своему психическому состоянию в настоящее время Б. может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания, может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения и реализовать свои права и обязанности.

Высказывания подэкспертного, что на момент правонарушения у него «что-то щелкнуло в голове», «как туман.» носят надуманный характер, так как не воссоздают целостной картины какого-либо психического заболевания, не имеют клинической динамики, не подтверждаются материалами дела и поэтому расцениваются комиссией как высказывания, предъявляемые в защитных целях. Ссылки Б. на запамятование событий правонарушения не противоречат настоящему заключению, так как имеют место в клинике простого алкогольного опьянения. В применении принудительных мер медицинского характера Б. не нуждается.

Данное заключение комиссии экспертов позволяет суду прийти к выводу о том, что Б. в период совершения инкриминируемого ему деяния мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, то есть совершил данное деяние в состоянии вменяемости, в связи с чем, в соответствии со ст. 19 УК РФ, подлежит уголовной ответственности.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд находит их достоверными и полностью подтверждающими вину подсудимого в совершении вышеуказанного в приговоре преступления, и квалифицирует действия Б. по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как совершение убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку.

При назначении наказания подсудимому Б., суд учитывает данные о его личности, отмечая следующее.

Б. не судим, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, страдает рядом тяжелых хронических заболеваний, имеет на иждивении мать - пенсионера, страдающую тяжелым заболеванием, по месту постоянной регистрации характеризуется положительно, не смотря на частичное признание вины, в содеянном раскаялся, что признается судом, в соответствии со ст. 61 УК РФ, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого.

Вместе с тем, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность подсудимого Б., совершение им преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, признает в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого.

Оснований для изменения категории преступления, в совершении которого Б. признан виновным, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, на менее тяжкую, судом не установлено.

Несмотря на приведенные данные о личности подсудимого Б., смягчающие и отягчающее его наказание обстоятельства, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного Б.преступления, принимая во внимание влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а также лица, находящегося у него на иждивении, и приходит к выводу о том, что исправление подсудимого Б. возможно лишь в условиях изоляции от общества и, назначая ему наказание в виде лишения свободы, не усматривает оснований для применения положений ст. ст. 64,73 УК РФ.

Вместе с тем суд считает возможным назначить Б. наказание без применения дополнительного вида наказания, то есть без ограничения свободы.

Местом отбывания наказания подсудимому Б. суд, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, назначает исправительную колонию строгого режима. В соответствии со ст. 81 УПК РФ, суд разрешает вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 297-299, 302-304, 307-310 УПК РФ, суд приговорил:

Б. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ в виде лишения свободы на срок десять лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания назначенного Б. наказания исчислять с момента фактического задержания. Меру пресечения Б. оставить прежней - заключение под стражу.

Вещественные доказательства по делу: нож, пять отрезков липкой ленты со следами пальцев рук, одежду Б. и ФИО6, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств Преображенского МРСО СУ по ВАО ГСУ СК РФ по г. Москва, ул. Потешная, д. 12, после вступления приговора в законную силу - уничтожить.

Апелляция. Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Московский городской суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным Б., содержащимся под стражей, - в тот же срок, со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать в письменном виде о личном участии при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

на главную

Преступления против личности, практика московских судов;

Покушение на убийство переквалифицировано на тяжкий вред здоровью;

Убийство и тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть;

Убийство в ходе ссоры;

Убийство в ходе семейной ссоры;

Убийство из неприязненных отношений и кража;

Организатор приготовления убийства из корыстных побуждений;

Убийство из ревности;

Убийство и кража с причинением значительного ущерба;

Вред здоровью средней тяжести и тяжкий вред здоровью;

Организация и исполнение убийства по найму лица находящегося в беспомощном состоянии;

Убийство на почве ревности;

Убийство совершенное группой лиц по предварительному сговору и сопряженное с вымогательством;

Покушение на убийство;

Убийство на почве личных неприязненных отношений;

Судебная практика московских районных судов по хищениям;

Судебная практика московских районных судов;

Уголовные дела, судебная практика;

Судебная практика по наркотикам;

Квалификация уголовных деяний;

Судебная практика Московского городского суда;

Следственные отделы следственного комитета г. Москвы;

Уголовный процесс;